В киноиндустрии гримёр — «молодая» профессия. В начале XX века с развитием голливудского черно-белого кино единственной задачей грима было выделить лицо при записи на плёнке: скрыть несовершенства, подчеркнуть глаза, брови и губы. Отдельного человека — гримёра — тогда не было, необходимый макияж актеры могли нанести себе самостоятельно. Для изменения внешности пользовались постижерными изделиями1: накладными усами, бородой или париками.
Основоположником профессионального киногрима считается актер Лон Чейни. Он работал в цирке и в театре, а в кино начал сниматься в 1912 году, появляясь в короткометражных фильмах. Затем он познакомился с режиссёрами Джо Де Грасс и Идой Май Парк, которые и предложили ему играть устрашающих персонажей. Фильмография Чейна насчитывает более 150 кинокартин. Он играл самые разнообразные роли, но чаще всего показывал на экране несчастных, отверженных и изуродованных персонажей. Чтобы изобразить калек, Чейни придумывал и использовал множество приемов гримирования. Это было открытием для мира кино.
В 1919 году Лон Чейни сыграл мошенника-акробата Лягушку в фильме «Чудотворец». Актер мастерки перевоплощался в калеку и выгибал нижние конечности на протяжении всей кинокартины. Успех «Чудотворца» и новаторский грим сделали Лона Чейни одним из известнейших актеров Америки.
Затем Лон Чейни сыграл бандита с ампутированными ногами в фильме «Наказание» 1920 года. Актер неоднократно перебинтовывал себе ноги и надевал специальное устройство, которое визуально скрывало голени и стопы. Чейни приходилось каждые 10 минут снимать этот муляж, так как он передавливал артерии.
Еще одним физически тяжелым гримом был 18-килограммовый горб, который Лон Чейни сконструировал для роли Квазимодо в фильме «Горбун из Нотр-Дама» 1923 года. При этом еще 13 килограммов весили специальные накладки и приспособления для удержания горба на спине актера. Тем не менее Лон Чейни мог с легкостью перемещаться по съемочной площадке, не чувствую дискомфорта.
Актер создавал грим из подручных средств. Например, для перевоплощения в призрака Эрика («Призрак Оперы», 1925 год) Лон Чейни использовал мембрану яичной скорлупы. Тонкая пленка из кальция отражала свет и создавала эффект ярко-белых глаз. Лон Чейни также вставил в ноздри металлические скобы и закрепил полоску рыбьей кожи от лба к кончику носа, чтобы сделать нос острым и вздернутым. А для более устрашающего образа актер использовал протез с выступающими зубами. Это только часть грима, полный секрет перевоплощения в призрака не раскрыт до сих пор.
Вскоре Лону Чейни начали предлагать только такие роли, в которых был необходим его талант гримера. В фильме «Не святая троица» нужно было перевоплотиться в женщину, в «Дороге в Менделэй» — в персонажа с бельмом на глазу, в «Мистере Ву» — в китайца. Актеру это не очень нравилось. Он говорил:
Я считаю, что основывать свою игру исключительно на этом качестве [умение делать грим] не следует. И мне бы хотелось играть образы, являющиеся отражением жизни, для которых грим является только дополняющим штрихом…
Эксперименты над телом сильно повлияли на здоровье актера. Часто показывая калек, Лон Чейни выгибал конечности (не только ноги, но и руки, например, в фильме «Неизвестный») так сильно, что они онемевали после съемок. У актера испортилось зрение из-за ношения контактных линз, а когда он вставлял скобы для видоизменения носа, у него начиналось кровотечение. В конце 1929 года Лону Чейни диагностировали рак легких. Он умер из-за инфекции, которую вызвал искусственный снег, застрявший у него в горле.
Лон Чейни открыл для киноиндустрии возможности грима. Коллеги настолько восхищались его мастерством, что за кулисами появилась шутка: «Увидишь таракана — не дави его, это может быть Лон Чейни».
